Дмитрий Юрьевич скончался в 2015 году, и несколько лет спустя Сергей Опульс сделал его карандашный портрет по просьбе дочери и друга художника Елизаветы Араповой. Художнику захотелось нарисовать ученого молодым, в начале славного пути.

Елизавета Дмитриевна Арапова, кандидат исторических наук, научный сотрудник музея МГУ, написала о Сергее Опульсе к 10 мая 2022 - дню шестидесятилетия художника, до которого он трагически не дожил несколько месяцев, размышления вслед за своим отцом.

«Хотя на моей памяти Опульс не читал художественной литературы, но он был человек - ТЕКСТ. Человек, который создавал текст, я имею в виду, конечно, свои собственные картины, которые он писал. Это было пространство, это было полотно, то, что раньше называлось (у Карла Маркса) - материей. Он был человек, который создавал материю. Как в сказке Андерсена про сестру и двенадцать братьев, которым она должна была связать волшебные одежды из крапивы, потому что иначе они бы навсегда остались заколдованными лебедями, не стали бы людьми. 

Опульс был такой человек, который ткал свои одежды, визуализировал тот мир, который на самом деле был уже на земле. Он обрабатывал имеющийся конструкт, добавлял свои, и у него получалось готовое блюдо из достойных продуктов. Иногда они не были приятными, как например, птица - смерть. Но это был живой процесс его обработки реальности. Тем более, процесс остается живым, несмотря на физическую смерть субъекта, потому что картины живут. 

 Какие-то картины будут умирать, это тоже неизбежно, к ним будет угасать интерес, какие-то даже утратятся. Это будет грустно, но к каким-то интерес будет оживляться, они будут, возможно, менять хозяев. Это будет живая жизнь искусства, что очень ценно. 

Еще я хотела сказать, что Опульс - человек КОНТЕКСТ. Спорный вопрос, насколько нужно знать биографию автора, чтобы знать и понимать, о чем его произведение. Я думаю, что это не всегда нужно, не обязательно с этого начинать, не всем. Я сама пришла к тому, что я узнаю биографию автора, когда я уже знакомлюсь с произведением, когда оно мне нравится, я узнаю об авторе. Не наоборот. Про Опульса, мне кажется, людям не обязательно знать его биографию, если им нравится его произведение, но знать историю произведения, конечно, очень интересно. 

Когда я думаю об Опульсе, которого я знала, то вспоминаю и перефраз из романа Мюриель Барбери «Элегантность ёжика»: чтобы сохранились в нашей жизни величие и поэзия, надо выпить чашку чаю, посмотреть классику японского кино или погулять в СПб в Катькином сквере... Облагородить жалкий фарс печатью Искусства и пространств в высших его проявлениях. Опульс умел это собирать, в книгах, в антикварных магазинах, в природе и городском "полотне"... /имею в виду и дома и людей, кто жил/ что он называл Пять углов - Площадь звёзды.

И Опульс сам не создавал свои произведения в безвоздушном пространстве, но при этом у него не было какого-то умозрения, вот мне там что-то понравилось, вот я стилизовал... Он подходил к делу, с одной стороны, довольно основательно, с другой стороны, в меру поэтично. Он это делал довольно ценно. В одной беседе со мной он как-то сказал такую историю, что если я изменю живописи, то она мне этого не простит. То есть он понимал, что он служит такой довольно капризной спутнице, для которой он должен соблюдать определенные правила. И в частности, работать, и работать в контексте. В этом смысле он человек, связанный с литературой и, в том числе, с художественным текстом, потому что его текст, безусловно, был художественным, в котором соблюдались определенные правила. 

Я могу назвать только свое правило у него, которое я знаю, мне кажется, у него это была сказка. Но сказка именно форм, но в которой и цвет имеет значение. Может быть, даже, хотя я не такой знаток физики, но мне кажется, что его цвет образует какую-то форму, оттого что ты видишь его пространство более гуманистическим, более доброжелательным, но не слишком при этом фантазийным. То есть нет ощущения дискомфорта, как бывает, когда нужно срезать всю красоту, чтобы ботинки не скрипели. 

Картины Опульса, с одной стороны, не навязчивы, с другой стороны, с авторским лицом. При этом, если вернуться к контексту, то они вписываются в мир, с одной стороны, они - часть традиции, с другой стороны эта форма является новой. Я, по крайней мере, другой такой не знаю. И это вполне себе авторское искусство, продолжающее линию хороших петербургских художников, примером которых для меня является Илья Ефимович Репин в своих не самых известных картинах, где есть фантазия и полет». 

Опубликовано впервые в группе vk.com/opuls 26.01.2025